Kuroshitsuji: Your turn.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Kuroshitsuji: Your turn. » реальное время. » 7.06 Don't cry for the past


7.06 Don't cry for the past

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Название темы: Don't cry for the past
Кратко о чем: Ангелы замечают, что в Лондон явились демоны во главе с Люцифером.
Список участников игры: Gabriel, Michaelle, будем рады другим ангелам.
Место: Gaiah
Время: На Земле - 7.06.1889.
Рейтинг: G

0

2

О том, как устроен этот мир, можно говорить и писать без конца. Этим испокон веков занимаются философы, ученые, религиозные проповедники и многие, многие другие. Что сказать, версии их всегда забавляли Габриэля. Волей Создателя он наблюдал за развитием человечества - любимым экспериментов Творца. Занятие это, конечно, страшно неблагодарное и далеко не самое приятное - тому же Уриэлю, если посмотреть со стороны, повезло значительно больше, ведь он мог заниматься своей наукой без оглядки на медлительное в плане развития человечество. Но Габриэль никогда не смотрел на свою участь со стороны, никогда не сравнивал себя с другими братьями... Разве что с одним, с первым ангелом, имя которого давно уже не звучит в Гайя. Но Рафаэль... Это все же совсем другая история.
Последние несколько столетий Ангел Справедливости не уставал удивляться, с чего вдруг среди вверенных им с братом людей стали появляться самые разные группы, ставящие во главу угла разрушительные силы Тьмы. Габриэль часто думал, не Люцифер ли развлекается подобными экспериментами над человечеством, но идеи и учения этих людей были настолько смехотворны и нелогичны, что ангел вскоре перестал подозревать брата в причастности к  появлению всевозможных Шиваитов, масонов, сатанистов... Что бы ни вытворяла Инферно с разумом Рафаэля, едва ли он был способен на подобную чушь.
И вот в один из вечеров Габриэль с интересом отметил вспышку Тьмы в районе крупного города, называемого людьми Лондоном. Группа людей отчаянно коверкали Язык в попытках призвать Сатану, но осколки смысла чудом сохранялись в их фразах. Габриэль успел только подумать о том, что наверняка не он один заметит это явление, ведь за миром людей призваны наблюдать трое старших ангелов, как один из смертных выкрикнул совершенно отчетливый призыв к Падшему...
И прекраснейший из ангелов отозвался.
По-хорошему, о каждом явлении Люцифера в мир смертных Габриэль должен был сразу сообщать старшему ангелу Эдема, но он поступал так лишь тогда, когда Рафаэль затевал что-то действительно опасное. В самом деле, к чему Михаэлю знать о каждой прогулке Падшего по вверенному им троим миру? А учитывая особую нелюбовь Безымянного к его старшему брату-близнецу, подобная логика Габриэля  не шла в разрез со справедливостью, ведь Рафаэль имел все шансы стать безвинно пострадавшим. И сейчас архангел не спешил делиться с братом вестью о явлении Сатаны народу, а только пристально наблюдал за городом и его гостем.
Однако наутро ему все же пришлось срочно искать старшего брата. Он обнаружился в беседке неподалеку от лабораторий Уриэля.
- Хель!
Габриэлю совершенно не хотелось отвлекать брата от заслуженного отдыха после длительного общения с младшими ainoo, но дело не терпело отлагательств. Ангел вошел в беседку и сел на белую скамью напротив Михаэля.
- Хель, у тебя есть несколько минут?

+2

3

Архангел сидел в небольшой, но довольно уютной веранде, почти лениво размышляя о том, что происходит там, на Земле. 
- Люди окончательно сошли с ума...Как можно плести столько интриг, и сами и в них не запутаться? Как это все-таки странно.
Вот вчера, например, он наблюдал за одной из лондонских семей. Вот уж кто постоянно строит козни!
Жена изменяет главе семьи, тот, в свою очередь, пытается выжить ее, чтобы получить большое, нет, просто огромное состояние, которое она прячет в одно из банков Лондона. Лучше бы обратили внимание на своих болезненных детей..
-Странные..им и война не нужна: сами себя изведут.От злобы, от жадности, от всепоглощающей зависти.  - архангел чуть сморщился, выказывая искреннее непонимание касательно происходящего на Земле безумия.
-А эти войны? Теракты, когда страдает столько невиновных... - на этой мысли Михаэль решил себя остановить: не хватало еще сейчас углубиться в собственные воспоминания о многочисленных войнах, в которых он принимал участие.А их было немало за все время его существования. Наверное, следует благодарить Отца За то, что сейчас на Небесах все спокойно, а войны на Земле еще не достигли того пика, чтобы требовать вмешательства Армии Господа. 
Тряхнув головой, архангел отбросил подальше  подобного рода мысли:  нужно будет обязательно подумать об этом потом.
Где-то рядом послышались торопливые шаги. Михаэль отвлекся от созерцания мирно жужжащих пчел, собирающих нектар в ярких клумбах рядом с верандой.Вглядевшись в приближающийся силуэт, Михаэль поприветствовал Габриэля легким поклоном головы. 
- Что привело тебя ко мне, брат мой? Отчего такая спешка?

+3

4

Тихий шелест травы, колышущейся под невесомым свежим ветром, гуляющим по Gajah, довершал атмосферу уюта и спокойствия светлой беседки. Место, созданное Отцом для душ, исполненных Света, призывало одним своим видом и состоянием оставить печаль и горечь и вознести молитвы к Создателю, а после предаться радости и спокойному отдыху. Но вся эта пасторальная картина настолько дисгармонировала с мыслями и чувствами Габриэля, что одно осознание того, что ему предстоит нарушить эту благодать, заставляли его опускать глаза и нелепо переплетать пальцы. Старинная песня, сочиненная когда-то Самуэлем, только в такие минуты открывала жителям Gajah свое истинное значение: "Дождь не идёт в Эдеме, и солнце никогда не заходит. Даже когда ангелы плачут, здесь всегда свет сияет. Даже когда ангелам грустно, небеса всегда чистые и ясные.". Будь в Габриэле чуть больше Тьмы, сложившаяся ситуация раздражала бы его. Но Справедливость требовала действий.
- Рафаэль... - вспомнив, как не любил Михаэль, когда его брата-близнеца называли ангельским именем, Габи затих и повторил через силу, - Люцифер. Он в городе людей, и с ним шесть демонов, шестеро сильнейших созданий Тьмы.
Почти ощущая, как миролюбивое спокойствие вытесняется из разума архангела войны и стратегии напряжением, Габриэль виновато опустил голову. Создатель поймет ее, эту Справедливость.

+2

5

- Люцифер. Он в городе людей, и с ним шесть демонов, шестеро сильнейших созданий Тьмы. -конечно, после этих слов брата от умиротворения Михаэля не осталась и следа. Он еле удержался, чтобы лицо не перекосилось от злобы: не зачем знать брату, насколько это злит его.
Что ему снова нужно? Какие цели он преследует? Почему он направился на землю, а не собрал армию этих смердящих гнилью преданных псов Преисподней.. - внутри архангела все зарокотало от злости. - Да как он посмел..наглец. - глубоко вздохнув, ему удалось взять себя в руки, сдерживая остатки самообладания.
- Как же обидно...такой отличный день так бессовестно испорчен.. - сделав еще пару коротких вдохов, он окончательно успокоился и взглянул своими светлыми глазами на брата своего. - Благодарю, брат мой, за эту крайне несчастливую весть...И не нужно этих виноватых взглядов. - коротко улыбнувшись, архангел приподнял пальцами голову Габриэля, заставляя того оторваться от созерцания безумно яркой зеленой травы райского сада. - Твоей вины нет в том, что наш...- запнувшись на полуслове, он нашел в себе силы продолжить. Все-таки, Михаэль до сих пор не мог прийти в себя после предательства Рафаэля. Он был ему роднее всех остальных, поэтому, наверно, Михаэль до последнего не хотел видеть в нем предателя. Но сейчас уже ничего не сделаешь, и размышлять тут не о чем. - Нет твоей вины, мой милый Габриэль, что брат наш снова дебоширит. Наш долг остановить его и не дать его злобным помыслам воплотиться в жизнь. - поднявшись с белой, окутанной зеленой листвой скамейки, Михаэль посмотрел куда-то поверх головы брата, будто решая что-то для себя. - Мы сделаем все возможное, чтобы остановить его...

Отредактировано Michaelle (2012-12-01 21:42:20)

+3

6

Нет ничего хуже для ангела, чем скорбь и боль чистой души. И ничто не сравнится по ужасу с Тьмой, поднимающей голову в глубине души Светлого. Габриэль знал - все трое старших ангелов проходили испытание Тьмой, и в каждом из них она оставила след, противоречие и боль, каждому мешала на пути исполнения своих обязанностей - путала оправдание и справедливость, желания и реальные цели, стремление вернуться к прежнему и уязвленную гордость... Последнее противоречие оказалось самым сильным, и, сыграв на нём, Тьма получила своего нынешнего господина. Но и первые два до сих пор играют свою роль в жизни мира, иногда уходя в сторону, но изредка напоминая о себе. Каждое пробуждение Тьмы серьезно сказывалась на ангелах, словно умышленно совершенный грех, но куда опаснее. И сейчас Габриэль чувствовал злость и раздражение брата, и становилось невыносимо горько оттого, что в этот мирный день Тьма пробудилась в архангеле Войны и Стратегии. И вместе с тем легкое тепло разлеталось по материи ангела - брат закрыл мысли и пытался сдержать поток эмоций, чтобы Габи не видел.. Чтобы не беспокоился. Свет искренней любви к старшему брату осторожно убирал горечь, очищая разум для верных мыслей. Когда же брат заговорил в ответ, мягким жестом подняв голову ангела, тот Светом послушно попытался перекрыть чувство вины. Он бережно коснулся руки Михаэля своей, сжимая тонкие пальцы и позволяя своему Свету встретиться с сущностью брата, смешивая мысли и чувства, страхи и сожаления. Только холодную тоску он держал при себе, ведь ни к чему брату его уничтоженное, разбитое, но все еще сильное светлое чувство к падшему и мысли, им порождаемые.
- Не наша вина, но мы подвергаем человечество опасности, Создатель не этого хочет от нас... - мысли о том, чего же действительно хочет Отец, Габриэль оставил при себе, не для них сейчас время, ибо Тьма живет в них. Он подумает об этом потом, когда выдастся время, он найдет грань между справедливостью и пороком, чтобы истинно оценить деяния... Возлюбленного брата. Как тогда. Как всегда. Чего Создатель хочет от него? Однажды Габриэль поймет.
- Его помыслы не злобны, в них его Тьма.. Та самая, которую мы когда-то приумножили во имя Тени Создателя. - Мы должны уберечь людей от нее, загнать демонов в их мир, а ... с Люцифером придется поговорить.
Выслушав брата, Габриэль несколько секунд хранил молчание, словно собираюсь с мыслями. Он видел, что и брат переживает едва ли меньше, ведь на них обрушена почти равная доля - наказание за Тьму: если Справедливости снова предстоит судить брата, то Хель ведет войну с ним и его детьми, и это, наверное, в сотни раз больнее и сложнее, ибо этому нет конца, как нет конца времени...
- Да, брат. Такова воля Отца. Как поступим?

+2

7

-Не наша вина, но мы подвергаем человечество опасности… - кажется, светлая голова брата была занята не только вторжением Люцифера. С одной стороны, это даже мило. То, как его младший брат умудряется оставаться настолько невинным. Михаэль прикрыл глаза, раздумывая. Как ему удается сохранять такое спокойствие и веру в других? Мы не раз убедились, что во всех своих бедах человечество, по большей части, виновато само. Людей губит зависть, жадность, злоба и, конечно, отчаянье. С последней дамой у Михаэля были особые, почти, что нежные отношения. Уж кто-кто, а она преследовала его постоянно. Не оставляя мысли в покое ни на миг. С того самого момента, когда он познал Тьму, в его мыслях кроились отчаянье и неуверенность. Неуверенность в будущем, и в настоящем. После ухода его брата-близнеца, Рафаила, маленький уютный мирок Михаэля пошатнулся, впуская в сказку холод и мрак реальности.  Пережив все это глубоко внутри себя, не показывая свою боль  от утраты никому, даже, по возможности, себе.
Кажется, брат хотел еще что-то сказать…Ах, да, Отец..Об истинных желаниях Отца судачили многие в Эдеме. Но, никто никогда не мог назвать конкретные поручения. Всегда приказы звучали не менее размыто, чем небрусчатые дороги Лондонского пригорода. Поэтому, такой интерес младшего был вполне объясним. Но, как ему можно растолковать, что сплетни не всегда являются правдой? Он еще слишком мал для таких неподобающих, бунтарских мыслей. Михаэль коротко вздохнул. – Как же все иногда бывает сложно…Сложно, потому что все надеются на меня..а если мне понадобится помощь? К кому мне обратиться? Что мне нужно будет сделать, чтобы найти верный путь?
- Его помыслы не злобны, в них его Тьма..  – от мыслей отвлек осторожный говор брата. Да, и правда, что-то он снова замечтался. Давно нужно это прекращать. В конце концов, на его рассудительность вся надежда, а он позволяет себе витать в облаках, выстраивая у себя в голове замок небылиц.  - Мы должны уберечь людей от нее, загнать демонов в их мир, а ... с Люцифером придется поговорить.
-Брат мой, хороший мой Габриэль. Я не уверен, что «поговорить» действенный способ разрешения конфликта, возникшего между ним и нами. Люцифер – просто не тот случай. Он не примет ничего, кроме подавляющей его силы. Лидерства над ним. Только такой аргумент будет для него веским и понятным. Он давно не такой, как мы…Хотя, и мне бы хотелось верить, что в нем осталось что-то ангельское. Возможно, он слишком умело пытается это скрыть. 

Такова воля Отца. Как поступим? – Габриэль все не унимался. – Ох, ну зачем, зачем ты снова завел шарманку про Отца? Зачем каждый раз, будто бы случайно, ты задеваешь эту, страшную, животрепещущую тему..? Я не понимаю..Что мне ответить тебе, брат? – на этой мысли Михаэль понял, что начинает буквально закипать от злости и негодования. Никакие увещевания о том, что смирение и спокойствие сейчас не действовали на него, хотя, он честно пытался себя успокоить. – Воля Отца? Откуда ты можешь знать, какова истинная Воля? Никто, никогда с ним не говорил…Откуда мы можем знать, что все, что делается – во благо? Ответь мне. Отчего такие мысли пришли в голову твою?

Отредактировано Michaelle (2012-12-28 18:11:44)

+4

8

Габриэль смотрел на брата и понимал, что мысли его где-то в невероятной дали от светлой беседки Эдема, и нет в них умиротворенного спокойствия Гайя, и не несут они светлого успокоения, как обычные размышления при разговоре с близким братом. А виноват в том, что брат обречен на такое, он сам - гонец с дурной вестью, не нашедший ничего лучше как поделиться бедой со старшим братом, зная, какую она вызовет реакцию. Нет твоей вины в горе Эдема, - бесполый голос справедливости звучал бесстрастно, как всегда, и Габриэль прикрыл глаза, прислушиваясь к себе, не в силах согласиться с собой. - Горе ангела есть горе Гайя, имя виновного ты знаешь. Жестокость, с которой Справедливость всегда просто и открыто провозглашала свои истины, заставляла ангела закусывать нижнюю губу, чтобы отвлечься на материальную боль от того, что творилось в сердце. Потому что Справедливость не ошибается. В грусти брата виновен лишь он один - старший, прекраснейший из ангелов. И что бы ни думал об этом Габи, с какой бы готовностью ни брал на себя вину, обмануть себя он не мог. Падший снова и снова толкал его на борьбу с собственной сущностью, и это - Габриэль знал - однажды приведет его в Ад, потому что иногда, ему казалось, он ненавидел собственную сущность, уготованную Отцом участь. Зачем это Создателю? Габриэлю не дано понять.
Брат произносил краткие и простые фразы, в которых ангел чувствовал голос Войны. Подавляющая сила, лидерство... В этом весь Хель. Потому и нельзя ангелам принимать решения в одиночку, потому их целая дюжина, потому даже за смертным миром они следят втроем - всегда один должен сдерживать другого, всегда сущности должны сплетаться и в союзе принимать единственно верное решение.
- Мы не можем нарушать равновесие Света и Тьмы, брат. Мы не должны доминировать над.. Люцифером. - задохнувшись от последних слов брата, Габриэль замолчал. Он как никто другой часто думал об этом, молился и надеялся, но и сам не знал ответа наверняка. Жив ли еще Рафаэль, первый из ангелов? Но заключение Михаэля заставило невеселую улыбку приподнять уголки губ архангела. Все же Хель знал своего брата-близнеца. - Но он ainoo, брат. Давай... - ангел накрыл руку брата своей и посмотрел в его глаза, - хотя бы попробуем начать с разговора? Вернувшись в исходное положение, Габриэль тихо, но четко добавил:
-А если не услышит, заставим его вернуться в Ад.

Тьма в душе брата всколыхнулась с новой силой так стремительно, что Габриэль вздрогнул от этой злости. Все они, все трое проходили испытание Тьмой, всем троим представилась возможность усомниться в совершенстве Создателя. Рафаэль осудил его за отделение ангелов, и рискнул эту "ошибку" Отца исправить, за что и был наказан Справедливостью, которая, в свою очередь, не могла принять сердцем тех решений, которые подсказывал ей разум. Михаэль же не понимал желаний и целей Создателя, а как, скажите на милость, можно рассуждать о стратегии, когда не ясна итоговая задача? Конечно, это неудобно и не рационально, и Тьма в сердце Хеля крепла, когда он думал об этом. Сложно, страшно и очень опасно, но - кто знает? - быть может, братьям было бы проще, если бы они смогли вынести свои сомнения на суд двоих других, если бы доверились друг другу полностью. Но Габриэль не хотел сослагательного наклонения - слишком много в нем боли золотого ангела - и не позволил мыслям течь в этом направлении. Вместо этого он попытался прорваться сквозь Тьму в сердце брата:
- Его голос я слышу, когда обращаюсь к Справедливости. Мы его часть, собравшись вместе, мы узнаем его волю, потому что соберем все детали... Точнее, почти все. Во благо или нет, мы действуем во имя Света. Я верю в это, брат.

+2

9

Чем дальше заходил этот разговор, тем меньше он нравился Михаэлю. Кажется, их брат слишком долго был тем – о - ком – не - говорят. По крайней мере – вслух. Поэтому, сейчас он начинает терять хваленое самообладание. Не может сдерживаться, что бы ни повысить тон или произнести слова с нажимом. Архангел войны. Он уже начал забывать об этом. Засиделся он на этих красивых расписных скамьях, пребывая в красочных мыслях ни о чем. Теперь же, когда пришла пора действовать и обнажать клинки..его брат, его маленький и несмышленый Габриэль..Предлагает говорить? Гневу и возмущению архангела не было предела. Ему хотелось разнести все сейчас же. В этот же миг. Но, чем он будет лучше людей, что молятся таким, как он?
-  Мы не можем нарушать равновесие Света и Тьмы, брат. Мы не должны доминировать над.. Люцифером. – Кажется, это и было последней каплей и так в неглубокой чаше терпения Михаэля.
- Не должны? Тогда что мы должны, дорогой мой брат? Должны смотреть, как он со своими прихвостнями разрушает все живое? Как он уничтожает детей божьих, за которыми на надобно присматривать? Ты удивляешь меня, маленький. Если дать ему время…кто знает, чем это сможет обернуться для нас? Можешь ли ты гарантировать хоть какой-то положительный исход? – замолчав, архангел войны глянул на своего растерянного младшего брата, снисходительно улыбнувшись. – Конечно, не можешь. Даже я не могу. Я не могу даже предположить, чем все может закончиться, если не вмешаться. Возможно, это будет концом для всех людей…а может и нет. – вздохнув, он поднялся со скамьи, ненавязчиво высвобождая из руки брата собственную.
Мыслей было так много, что и не пересчитать. Ко всему прочему, в душу закрадывались сомнения, которым, мягко говоря, совсем там было и не место. Если он позволит себе засомневаться, позволит укорениться хоть одной мелкой мыслишке о том, что брата..Люцифера можно простить. Тогда все полетит, уж простите, к чертям собачьим.
- хотя бы попробуем начать с разговора?  - донеслось до его ушей, отвлекая от мрачных мыслей.
О Боже, насколько же добр его младший брат. Насколько у него невообразимо большое сердце. Каков глупыш. Улыбнувшись намного теплее, Михаэль снова присел на скамью, погладив Габриэля по волосам. – Возможно, брат мой, это мудрая мысль. Возможно, я слишком упрям, чтобы понять тебя сейчас..Наверное, я даже могу понять, что движет тобой. Но во мне слишком много сомнений. Слишком много противоречий.  Открою тебе одну мою маленькую тайну. Я в растерянности. Я не знаю, как поступать. И не уверен, что то, что говорю тебе сейчас об этом – правильно. Но, пусть будет так, как предначертано. – заговорившись, Михаэль и не уловил, что еще пробормотал себе под нос его брат. Возможно, это было что-то важное, но теперь уже нет возможности узнать это.
Чем дольше продолжался разговор, тем спокойнее вновь становилось архангелу. Тьма в нем, всколыхнувшаяся, будто огромная волна цунами, накрывающая беззащитный берег, улеглась в глубине души, как будто ее и не было. Кажется, умиротворение снова заполнило все его существо.
Младшего хотелось слушать и слушать…

+3

10

И на солнце бывают пятна. Протуберанцы, взрывы - мало ли всякой ерунды. Само Солнце, кажется, относится к этому философски, что вполне объяснимо: за столько миллионов лет наверняка можно привыкнуть ко всякому. Так и в жизни Гайа случаются темные, безрадостные и горестные времена. Причин у подобных явлений немного, и за свою вечную жизнь ангелы научились справляться и с причинами, и с последствиями. И пусть мрак побуждает в Старших Тьму, стоит отбрось ее пелену - и решение непременно отыщется.
- Нет, - Габриэль не сомневался, что брат не позволит вверенному им миру пойти по озвученному им пути, но воображение, объединившись во имя благой цели с памятью, услужливо подобрали иллюстрацию к словам Хеля, страшную настолько, что голос ангела сорвался на миг, а в глазах мелькнул ужас. - Нет. Но мы должны восстановить равновесие. Если в лесу зайцев больше, чем свежей травы, нужно либо истребить часть зверей, либо посадить больше зелени или вырастить другой сорт, более сытный. Если в мире скопилось слишком много Тьмы, мы должны изгнать ее, либо добавить Света и отвлечь демонов от смертных... Собой, - только договорив, Габриэль заметил, что больше не сидит на скамье, и говорил он куда увереннее, чем полагалось при общении с Михаэлем. Решение, привнесенное не размышлениями и молитвами, но Справедливостью, несколько смутило и самого Габриэля, но вместе с тем он чувствовал, что говорит и делает то, что должен. И отчего-то архангелу стало несколько легче дышать - он не сомневался более ни в чем. Если брат отвергнет его идею, прислушавшись к себе - это будет правильно. Ведь ангелы - частички Создателя, его порождения, призванные коллективно приходить к истине, открываясь друг другу.
- Мы ведь для того и есть у людей, чтобы дать им надежду на положительный исход, помочь им поверить. Дальше они справятся, - с этими словами Габи вернулся на свое место на скамье и ясным взором окинул брата.
Тьма отступила. Сила ангелов - в их единстве, и пока они помнят, что являются лишь частью целого, способного обрести истинную мудрость. И пусть Старшие остались вдвоем, пусть теперь их решениям не хватает Красоты - они все же близки к воле Отца. Во всяком случае, в это верил Габриэль.
Брат пребывал в тяжелых и сложных раздумьях, и золотой архангел был благодарен старшему за то, что какие-то из мыслей тот произносил вслух - разум тот по-прежнему скрывал за серьезной защитной крепостной стеной со рвом и минным полем вокруг. Дослушав, Габриэль взял руки брата в свои и, светло улыбнувшись уголками губ, негромко заговорил:
- Конечно, это правильно, брат. Отец наделил нас способностью читать в разумах и сердцах друг друга, чтобы каждое сомнение было известно, ведь только тогда мы сможем искоренить его.
Ангелу нельзя замыкаться в себе - в этом Габриэль был уверен совершенно. Он не знал наверняка, но хотел верить: знай он тогда, о чем думал Рафаэль, не он стал бы Тенью. Наделенный каждый одной чертой характера, способностью, поодиночке ангелы оступались на пути к истине. Один раз Габриэль уже потерял так самого близкого во всем Гайя, и сейчас, смотря в черные глаза брата-близнеца Рафаэля, он из последних сил сдерживал глухую тоску и острую горечь. Он не допустит повторения истории, нет. Этот круг Ада он уже прошел, ему пора на следующий.

+3

11

В Гайа нет времени, нет скуки, лишь безмятежность. Иначе ангелы не могли бы жить вечно. Без этого состояния равновесия вне времени устали бы даже они. Кроме ainoo уставали рано или поздно все вне зависимости от рода: люди, жнецы, демоны всех мастей... Разве что Создатель был неустанен. Он, кажется, тоже жил вне времени бесконечным "сейчас". Приятное сходство с Отцом. И хорошо, что он наделил их этой своей возможностью. Иногда Арамиэль задумывался о том, что было бы с ним или с его братьями, не имей они возможности растворяться в "сейчас" и терять ощущение реальности.
Арами был безмятежен, без великих целей бредя по Гайа, тихо наслаждаясь равновесием в себе. Это было бы похоже на праздность, если бы не отсутствие лени. Готовность к выходу из блаженного состояния безмятежности была - не было надобности. Но это было лишь кажущееся. Даже архангелы не могли предвидеть, разве что доходить до чего-то с помощью логики и опыта прошедших лет, а потому Иеремиэль не знал, что идет как раз навстречу тому, что нарушит его равновесие. Быть может, не внутреннее, но наверняка внешнее.
Сначала ангел почувствовал присутствие Света - не того ровного фона Гайа, а Света, заточенного в носителя, - и лишь потом увидел братьев. Старших, обоих, возлюбленных каждым из архангелов больше других. Как когда-то каждый из них тянулся к Первому, к Рафаэлю, так теперь магнитом стали оставшиеся после его... ухода Хель и Габи. Всем им, младшим, казалось что у этих двоих есть что-то, чего нет у них. Недостающая частичка, которая дает пропуск в мгновение бесконечного единения Света. Частичка влекла, но не вызывала зависти... По крайней мере, не вызывала в Арами. Только не давала чувствовать себя с ними на равных, хоть они и были братьями. Так или иначе, их Свет притягивал сильнее других. И Арамиэль привычно ощутил стремление, желание подойти, заговорить с ними, посмотреть в глаза. Тяга, которой не то чтобы нельзя противостоять... Не хочется. А братья что-то обсуждали, может, даже спорили. Не стоило вклиниваться, наверное?
- Не помешаю? - Иеремиэль, замирая на входе в беседку, улыбнулся уголками губ. Как можно более беззаботно-ласково, стараясь зачем-то скрыть естественную тягу к ним обоим, скрыть то, что все-таки успел подумать, что помешает. Замыкаться в себе ангелу нельзя, но кое-что скрыть можно даже от братьев. Особенно от старших.

Отредактировано Jerahmeel (2013-07-31 23:16:01)

+3

12

Поймать шаровую молнию веселого желтого окраса Уриэлю не удалось, хотя он перепробовал все приспособления, которые, теоретически, могли послужить этой цели. А началось все как всегда, с очередной идеи. Светлому вдруг пришло в голову, что если научиться ловить шаровые молнии и использовать их энергию, можно ощутимо подтолкнуть прогресс человечества. Так и началась полоса неудач архангела. Прячась у себя в лаборатории уже довольно долгое время, почти не общаясь с братьями, он пытался осуществить свою задумку. Используя свои способности, блондин с легкостью ловил непокорный плазменный сгусток, диаметр которого был как у средних размеров апельсина. Но вот повторить это с теми инструментами, которые есть у людей сейчас – не получалось. Благо электричество почти не могло повредить воплощению Света… но вот остаточное электричество заставляло волосы на голове чуть приподниматься, а при прикосновении, льнуть к пальцам.
И еще одна неудача только подтолкнула азарт изобретателя. Было ясно, что нужен новый инструмент. А может, прибор. Что-нибудь большое и металлическое… Точно не стеклянное, так как плазма просто проходит сквозь преграду из этого материала, оставляя после себя оплавленные отверстия. Кивнув себе,  Уриил черкнул заметку на кусочке пергамента и отложил к стопке других таких же записок, но с другими заметками. А к этой он ещё вернется, если не будет занят ничем иным. Сейчас же покровителя науки и творчества (какие противоречивые и взаимодополняющие друг друга виды деятельности…) неудержимо повлекло в собственноручно собранную обширную библиотеку. Что странно, читать ничего не хотелось, поэтому Риил просто прогуливался между стеллажами, почти нежно проводя кончиками пальцев по древним и не очень корешкам книг. Тут хранились в единственном экземпляре каждая написанная на земле книга. Библиотека продолжает пополняться, иногда блондин сам спускается  в мир человеческий за новым экземпляром, иногда что-то приносят братья, чаще всего это Арами. Это своеобразное хобби появилось у Уриила уже давно, он уже не помнил, что именно дало толчок к его появлению.  Но ему нравилось бывать здесь, особенно когда его не увлекала очередная идея. Чувство умиротворения- вот что давали ангелу книги. Более сильные ощущение вызывали братья или успешная реализация очередной разработки.
Но сейчас что-то было не так. Смутное беспокойство зародилось внутри Риила. Архангел лишь вздохнул и продолжил свой путь между стеллажей. Но беспокойство не улеглось, а продолжало нарастать. Когда же оно достигло своего апогея, светлоглавого вдруг ожгло озарение: «Он в мире смертных.». Кто такой «Он», нет нужды объяснять. Проклятый, Падший, Рафаэль… Нет, Люцифер. Уриил сжал губы и быстрым шагом направился прочь из библиотеки. Достигнув дверей, зеленоглазый побежал вверх по лестнице, перепрыгивая  через ступеньки и не собираясь сбавлять скорость- нужно срочно посоветоваться с Михаэлем и Габриэлем. Довольно быстро выбравшись в пространство Гайя, Риил направился туда, где мерцали три светлых сущности. Нашлись братья легко- они расположились не так далеко от его лабораторий, в одной из многочисленных беседок, рассыпанных по всему светлому пространству.  Уриэль замедлил бег, а потом и вовсе перешел на шаг, приводя чувства в порядок. Ни к чему братьям беспокоиться.
Подойдя к Арамиэлю, Уриил положил ладони тому на спину и выглянул из-под локтя, благо рост позволял. Пусть он и не мог читать их, но напряжение, витающее в воздухе, не высказанные слова, он ощущал очень явно. Только одно могло привести обоих в такое состояние.
-Вы уже знаете…- звучало это не как вопрос, а как утверждение. Риил вздохнул, в который раз уже, и чуть нахмурился,- Что нам делать?...

+4

13

Михаэль хотел еще что-то сказать, как-то заставить младшего услышать. Но, как же это выйдет, если Габриэль так увлечен мыслью о том, что их братца еще можно вернуть назад. Как же объяснить несмышленышу, что это бесполезно?
- Не помешаю? - Иеремиэль, замирая на входе в беседку, улыбнулся уголками губ.
- Совсем нет, брат мой, еще одна светлая голова нам не повредит. – Михаэль улыбнулся, приглашая еще одного брата пройти в беседку. – Проходи и присоединяйся к нашей беседе.
Кажется, Иеремиэль был чем-то озабочен. В противном случае, он бы не прятался за сладко-ласковой улыбкой. Возможно, младший просто не хочет мешать и чувствует себя лишним в этом разговоре. К сожалению, Михаэлю есть с чем сравнить. Его единственный старший брат не одобрял, когда он самонадеянно решался прервать разговор старшего с кем-либо еще.
Но ему ведь так хотелось хоть немного внимания Рафаэля. Чуть качнув головой, пытаясь прогнать не прошеные воспоминания, он снова улыбнулся одному из братьев и аккуратно похлопал ладонью по чисто-белой скамье. – Присаживайся же, брат Иерамиэль, не поддавайся сомнениям. Мы очень рады видеть тебя здесь, с нами.
Не успел он снова вернуться к разговору, как  покой, царящий в беседке, снова был нарушен. В этот раз – братом Уриэлем.
- Да, мой брат, и сейчас решаем, что делать нам со всей сложившейся ситуацией. Может быть, случилось так, что у тебя есть идея-другая, как нам поступить..
Считаешь ли ты, что мы должны поговорить и вразумить нашего брата? Или же стоит применить силу? Развей сомнения и подскажи.
Возможно, где-то глубоко внутри, только для себя, Михаэль уже все давно решил. Он давно понял, что простыми разговорами от Рафаэля ничего не добиться. Только зря тратить силы и время. Чего и так не много. Ведь когда он слушал кого-либо кроме голоса своего бескрайнего эго?
Почему бы и в этот раз ему не высмеять их добрые помыслы? Ему же ничего не стоит. Кивнув своим мыслям и окончательно уверившись, что это едино верный путь, Михаэль поднялся, мягким жестом призвал к себе внимание братьев. – Я хочу выслушать ваши мысли, но и также хочу поделиться своими. Я не считаю, что беседа, подобная нашей, это лучший вариант развития событий. Братья мои. Габриэль, Иерамиэль и Уриэль..нашего брата не вразумить ничем, кроме тех же способов, к коим привык он. Не поймет он ни разговора, ни умысла светлого. Есть только один путь – показать ему силой, что не прав он. – закончив, он сел обратно на скамью, поглядывая то на одного брата, то на другого. Теперь ему действительно хотелось услышать их.

Отредактировано Michaelle (2013-09-04 16:20:35)

+3

14

Мысль человеческая материальна. Так говорят люди, в это смешные люди верят, и в вере своей близки к истине. Что уж говорить о мысли и желании ангела в пределах Гайя, когда братья всегда могут его если и не услышать, то почувствовать. Габриэль очень хотел, чтобы сейчас другие братья помогли им в принятии решения, и вот двое из них по очереди подошли к беседке. Радость встречи на мгновения перекрыла тоску и глубокую печаль, вызванные мрачным известием, и ангел улыбался искренне и тепло, чтобы младшие наверняка поняли, что им действительно рады. Михэль, как старший, приветствовал их, и Габриэлю оставалось лишь вторить его словам.
- Напротив, Арами, нам нужно твое мнение и твой совет. Прислушайся к нашей беседе и помоги разрешить сомнение. И ты, Уриэль. Что подсказывает тебе разум? Как увидел ты явление нашего старшего брата в город людей?
Михаэль же тем временем стал отвечать на вопросы золотого ангела, и Габриэль обернулся к нему, вслушиваясь в каждое слово и надеясь услышать в них голос Создателя, его волю. Но с каждым словом будто обрывалась в нем какая-то тонкая нить, ибо совсем другие слова желал он услышать от брата. Безымянный архангел был в первую очередь воином, что бы ни происходило, и не зря ведь сразу после Красоты Отец сотворил Войну, а уже после - Справедливость и других ангелов. Габриэль не спорил и одернул себя, слушая с должным вниманием. Может, он и правда не понимает чего-то, слишком уж верит в старшего и более всех любимого брата? Может, в своем желании найти ему оправдание и отсрочить жестокое наказание он действительно пропустил верное решение и не способен почувствовать его?
Хель закончил речь и приготовился выслушать братьев. Габриэль прикрыл глаза, прислушиваясь к себе. Правильно ли в стремлении обезопасить человечество нанести Люциферу сокрушительный удар? Будут ли жертвы при этом оправданны? Но по прежнему верными казались ангелу его идеи, которые он успел озвучить брату и которые теперь раз за разом повторял в сознании. Нельзя, нельзя ни в коме случае с оружием являться на Землю, столкновение Света и Тьмы не приведет ни к чему хорошему, материя того мира просто не выдержит, а смерть человечества во имя его спасения... Нет, до этого еще не одно тысячелетие пройдет, призыв Люцифера - еще не повод для явления Страшного суда. Не поймет... Габриэль едва не вздрогнул, когда Михаэль договорил. Почему он так уверен, что имеет дело с демоном, неразумным и агрессивным? Странная злость поднималась в ангеле, досада и даже глупая обида, смешанная с небывалым чувством вины. Рафаэля сделали таким, за склонность к Тьме и смелость назвали воплощением всех грехов и Тени, он не отличен от нас, разве что принял на себя удар как старший... Почему Михаэль не хочет этого понять?..
Габриэль ощутил медный привкус крови на языке и поспешно отвлекся от своих мыслей, обнаружив, что закрылся от братьев и смотрит в пол. Быстро приходя в себя, он окинул тревожным взглядом ангелов - не заметили ли чего? Да, он давно прошел испытание Тьмой, но кто сказал, что оно было последним и сложнейшим? Падение возлюбленного брата, его ныне инфернальная сущность осаждали и разум Габриэля. Отогнав несвойственные ангелу мысли, он сглотнул кровь и заговорил.
- Но брат, если мы ответим войной на явление нашего брата в мир людей, мы принесем в их мир катастрофу, каких не было с самого Потопа... Человечество может прекратить свое существование. Если мы обнажим оружие на Земле, Люцифер и его демоны ответят тем же, и это будет поводом для него призвать свою армию во имя сохранения равновесия, если мы хоть немного превзойдем его в силе. Это тупик, Хель...
Габриэль отчаянно соображал, какими словами убедить старшего прислушаться к нему. Но сначала стоило выслушать братьев, ведь ангел все же понимал, что мог быть так же упрямо слеп, как и Хель. Он только кратко выразил свое мнение:
- Мы должны хотя бы начать с защиты. Просто оберегать людей от демонов и Люцифера. Он не потерпит этого, но в наших силах избежать войны на Земле. Заставим его уйти в другой мир, если он хочет войны, и убедим оставить грешников, если его намерения не столь серьезны.

+2


Вы здесь » Kuroshitsuji: Your turn. » реальное время. » 7.06 Don't cry for the past